Мы продолжаем делиться книгами и сайтами, которые помогут более эффективно подготовиться к соревнованиям. В сегодняшнем выпуске о своих фаворитах рассказывает победитель Всероссийской олимпиады школьников по русскому языку Николай Филиппов.
В новой рубрике победители и призеры олимпиад будут рассказывать о сайтах и книгах, которые помогли им при подготовке к соревнованиям. В первом выпуске советами делится трехкратный победитель заключительного этапа Всероссийской олимпиады школьников по литературе Михаил Кипнис.
Начинающим литературоведам полезно знакомиться не только с
художественной литературой. Чтение критических, научных и аналитических статей,
записей лекций и даже фрагментов из некоторых монографий очень помогает в
формировании собственного стиля и вкуса в создании текстов. Это могут быть и
классические труды, и современные интерпретации.
Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение
«Гимназия № 5» г. Брянска
Материалы для подготовки к олимпиаде по русскому языку.
учитель русского языка и литературы
Легоцкая Вера Сергеевна
Лингвистика для любознательных 7-8 класс
2. В чем особенность корней в словах «исказить — искаженный», «отвергать — опровержение»?
В какой строчке нет ошибок в правописании корня слова?
1) луга вперемешку с полями; свежий винегрет; умолять о помощи;
2) обаяние молодости; панорама города; утрамбовать впоследствии;
3) мелкая изморозь; жизнь аборигена; посвятить себя науке;
4. Даны четыре группы глаголов с приставкой за-:
1. забастовать, замаячить, засмеяться, заболевать
2. засеять, застроить, заплевать, заштриховать
3. затушевать, заровнять, затушить, заштопать
4. закинуть, закатиться, заползти, засовывать
4. 1. Объясните принцип выделения групп.
4. 2. Распределите по этим группам следующие глаголы: заблестеть, заглянуть, заделать, задуть, закапать, закидать, заплакать, засыпать, затоптать. Приведите примеры употребления этих глаголов.
5. Какое существительное правого столбика сочетается со всеми существительными из левого столбика?
6. Замените три выделенных прилагательных одним. Запишите прилагательное в начальной форме.
ткани никак не вписывались в интерьер комнтаты.
Не ищи там правды, это газета, в ней ни слова истины!
доме тебе место за такое поведение!
7. Составьте свою задачу, аналогичную предыдущей.
9. Какая часть речи в именительном и винительном падежах управляет существительным, а в остальных падежах согласуется с ним? Приведите примеры.
10. Подчеркните грамматические основы в предложениях:
Даже самый сильный ученик в классе не справился с этой задачей.
Мечтать стать успешным естественно и правильно.
У него золотое сердце и ясный ум.
Мы приняли участие в конкурсе.
Я хочу пойти прогуляться.
, вы крайний?
, никогда не выйдет из моды.
11. Найдите грамматические ошибки и запишите предложения в исправленном виде.
Сразу по выходу из машины ее забросали цветами поклонники.
Большинство моих одноклассников решило идти на концерт.
На митинг пришли тысяча человек.
Отдыхающие увидели двигавшуюся разноцветную яхту вдоль берега.
На подоконнике не только рассада овощей росла, но и пряные травы.
1. Греков В.Ф. Пособие для занятий по русскому языку в старших классах / В.Ф. Греков, С.Е. Чешко. – 43-е изд. – М., 2003. – С. 46-264.
2. Пахомов В. М. П. Трудные случаи русской пунктуации : Словарь-справочник / В.М. Пахомов, В.В. Свинцов, И.В. Филатова. — М. : Эксмо, 2012. — 576 с. — (Библиотека словарей ЭКСМО).
Методические рекомендации по разработке заданий и
требований к проведению школьного этапа Всероссийской олимпиады школьников в 2016/2017 учебном году по русскому языку. Здесь можно найти примеры заданий и попробовать их решить.
Литература для подготовки к олимпиаде http://info.olimpiada.ru/intro/russ
Чтобы подготовиться к олимпиаде по русскому языку, попробуйте решить задания прошлых лет. Вы найдете их вместе с ответами ЗДЕСЬ
Все для подготовки к олимпиаде по русскому языку: теория по различным разделам лингвистики, словарь лингвистических терминов, вопросы с ответами для самопроверки,
контрольное тестирование.
Богатый и разнообразный материал собран на сайте учителя Инессы Николаевны Перовой: задания олимпиад и турниров, презентации по истории языка, анализ старинных
текстов, развивающие игры.
Очень интересный сайт о фразеологизмах. История фразеологизмов, олимпиадные задания, интерактивные упражнения «Подбери фразеологизм» и многое другое.
Образовательный сайт «Филология в задачах» приглашает учиться работе с текстом.
На сайте «Элементы» опубликованы очень интересные лингвистические задачи. Для их решения достаточно внимательно прочесть
условие и прибавить к этому знание родного языка и логическое мышление. Каждая задача содержит любопытное явление какого-нибудь языка, открыть это явление и значит решить
задачу.
Егорова Т.В. Готовимя к олимпиаде. Русский язык: Издательский дом
«Первое сентября». — М., 2014. — № 7,8. Решаем лингвистические задачи. Материалы, направленные на
расширение лингвистического кругозора учащихся, полезны для подготовки старшеклассников к олимпиадам по русскому языку.
Егорова Т.В. Олимпиада: задачи и ответы. Русский язык: Издательский дом «Первое сентября». — М.,
2013. — № 6.
Олимпиады по русскому языку в Санкт-Петербурге.
Вашему вниманию предлагаются задания школьного этапа
Всероссийской олимпиады школьников по русскому языку 2011/2012 учебного года, а также ключи к ним. Задания сгруппированы в три комплекта (57 классы, 89 классы, 10
Сборник «Задачи лингвистических олимпиад 1965-1975». Сборник содержит 294 задачи по лингвистике с решениями. Это самодостаточные задачи, для решения которых достаточно той информации, которая
содержится в условии. Никакой лингвистической подготовки не нужно: главное – языковая интуиция и способность к логическим рассуждениям.
Удивительные, необычные поэтические загадки.
Всероссийская олимпиада по литературе. 9 класс. Муниципальный этап. 2014
Microsoft Word Document
Всероссийская олимпиада по литературе. 9 — 11 класс. Заключительный этап. 2014
Файл содержит не только задания, но и критерии и методику оценивания олимпиадных заданий заключительного этапа.
Adobe Acrobat Document
Как убедить слушателей? Как построить выступление, чтобы тебя слушали с неослабевающим вниманием и воодушевлением? Об этом ярко и убедительно рассказала Мария Николаевна Сониниа, учитель
обществознания и экономики МАОУ гимназии № 23 г. Челябинска им. В.Д. Луценко.
Сайт курса в рамках Школы вожатых ВДЦ «Орленок».
Положение о
конкурсе «Убеди меня»
Сколько глухих согласных звуков произносится в предложении Успею ли я купить билет на этот поезд?
2. В каком варианте ответа во всех словах ударение падает на последний слог?
щемит, баловать, банты
2) звонит, документ, красивее
3) углубит, принять, шарфы
4) инструмент, свекла, феномен
5) поняла, столяр звонят
3. В какой строчке нет ошибок в правописании гласной в корне слова? 1) выросли на полянке, посидеть от горя, развевался флаг;
2) покосились от старости, хвостатый зверь, покарять города;
3) разгорелись на время, сложили в кучу, разрядил посевы;
4) настоящее наваждение, плотно утрамбовать, говорить шепотом.
4. Приведите примеры перехода нарицательных существительных в собственные и наоборот.
5. Разделите данные слова на группы, назовите основание для такого разделения, добавьте в каждую группу по 2 своих примера: вымокнуть, молодость, выровнять, уравновесить, здоровый, горняцкий, блистательный, усложнить, скакать, прочитать, блестящий, загорелый, озаряемый, расположение, измерять, придираться, промокашка, растительный, избиратели, подскочить, занимать, неразбериха, подростковый, расстилаться, уклоняться, полотняный, отложить.
8. Найдите грамматические и речевые ошибки и исправьте их.
1. Иван был круглой сиротой.
2. Это образец демонстративный, он не продается.
3. Восемь килограмм апельсинов были куплены на праздник для нашего класса.
4. С берега увидели, что в озере утопает человек.
5. Содержимое пакета нужно залить горячим кипятком.
6. Самый талантливейший поэт 19 века, безусловно, А.С.Пушкин.
7. С шестидесятью рублями не разгуляешься.
8. Он довел учителя до белого колена.
Собственные имена часто образуются из нарицательных. Имена людей: Вера, Надежда, Любовь, Роза, Лилия; клички животных: Шарик, Зорька; названия населенных пунктов: Зима, Горки; печатных изданий: «Правда», «Пионер»; художественных произведений: «Хамелеон», «Богатыри».
Значительно менее регулярно собственные имена могут переходить в нарицательные: ампер, бойкот, бостон, браунинг, вольт, галифе, герц, дизель, кулон, макинтош, мартен, маузер, наган, ом, рентген, силуэт, хулиган, шевиот и др.
5. 1) Корни с полногласными и неполногласными сочетаниями: молодость, здоровый, полотняный; 2) корни, правописание которых зависит от суффикса -а-: блистательный, прочитать, придираться, избиратели, занимать, неразбериха, расстилаться; 3) корни, правописание которых зависит от ударения: горняцкий, озаряемый, измерять, загорелый, уклоняться, усложнить; 4) корни, правописание которых зависит от согласного: скакать, расположение, растительный, подскочить, подростковый, отложить; 5) корни, правописание которых зависит от смысла: вымокнуть, выровнять, уравновесить, промокашка.
1. Иван был круглым сиротой.
2. Это образец демонстрационный, он не продается.
3. Восемь килограммов апельсинов было куплены на праздник для нашего класса.
4. С берега увидели, что в озере тонет человек.
5. Содержимое пакета нужно залить кипятком.
6. Самый талантливый поэт 19 века, безусловно, А.С.Пушкин.
7. С шестьюдесятью рублями не разгуляешься.
8. Он довел учителя до белого коления.
На этой странице учителя и школьники найдут материал для подготовки к олимпиадам по русскому языку. Здесь задания Всероссийской олимпиады по русскому языку прошлых лет, задания лингвистических
олимпиад, Ломоносовского турнира, конкурса «Русский медвежонок», а также презентации, готовящие к олимпиадам.
Подготовка к олимпиаде по русскому языку
Прекрасный сайт по подготовке к олимпиадам. Тут вы найдёте информацию по всем разделам языкознания.
Знаковая система языка
0 Знаковая система языка.ppt.pps
Microsoft Power Point Presentation
«Откуда есть пошла славянская письменность»
Праславянский, старославянский и древнерусский языки. Презентация содержит как теоретический, так и практический материал. Очень интересны вопросы и задания.
Изменения в славянской азбуке. Презентация рассказывает о реформах 18 века, 1918 года, 1956 года, об истории букв Э и Ё. Презентацию также заканчивает «Своя игра».
1 Буквы кириллицы.pptx
Презентация рассказывает об уставе, полууставе, скорописи, переплёте древнерусских книг, их оформлении. Ребята узнают, что такое вязь, заставка, киноварь, на чём писались древние книги.
2 Реформы азбуки.pptx
Презентация не только рассказывает об истории буквы ять, но также содержит различные вопросы и задания по подготовке к олимпиаде.
3 Оформление книг.pptx
Праиндоевропейцы и их
язык
Презентация с видеороликом
5 Падение редуцированных (2).ppt.pps
В презентации использована анимация для лучшей демонтрации материала и наглядности. Также здесь вы найдёте вопросы и задания по теме.
8 Исторические чередования.pptx
9 Московское произношение 1.ppt.pps
Продолжение презентации «Московское произношение»
9 Московское произношение 2.pptx
Заимствованные слова в русском языке
Заимстовования из латинского языка
При создании этих презентаций были использованы книги:
- О. Е. Дроздова. Уроки языкознания для школьников.
- Лопушанская С. П., Горбань О. А. и др. Страницы истории языка
- О. Н. Зайцева. Уроки истории русского языка в школе.
Презентация сообщает об истории памятника. На слайдах есть фрагменты Евангелия. Ребята вместе с учителем должны его перевести. Рассматриваются значения слова «отец», «хлеб», «долг». Рассказывается об исторических чередованиях.
1 Остромирово Евангелие.pptx
В презентации рассказывается, как вычислять истинное время, описанное в летописях, о Лаврентьевской, Радзивилловской и Ипатьевской летописях.
2 Русские летописи.pptx
Поход Олега на Царьград
Это фрагмент «Повести временных лет». В презентации даётся фрагмент текста для перевода. Объясняется лексическое значение слов «корабль», «врата», «ворота». Рассказывается о фонетических процессах русского языка.
3 поход Олега на Царьград.pptx
«Слово о полку Игореве»
В презентации просто содержатся фрагменты «Слова» с параллельным переводом.
Слово о полку Игореве.pptx
Читаем старые тексты
Презентация содержит фрагменты старых текстов с переводом. Цель презентации — учить переводит старославянские тексты.
Читаем старые тексты.pptx
Конечно, замечательно, если Вы ведёте кружок по русскому языку да ещё с 5 класса. Хорошо, если Вы учите одарённых детей. А вот что делать, если не выделяют часы на подготовку «олимпиадников»,
если уровень детей достаточно средний?
Ниже предлагаю презентации к занятиям кружка. Это игры по типу «Своей игры».
9 класс. Прозаическое произведениеВ. Голявкин
Я жду вас всегда с интересомТакого педагога я не встречал за всё время своей учёбы. А учился я много. Ну, во-первых, я в некоторых классах не по одному году сидел. И когда
в художественный институт поступил, на первом курсе задержался. Не говоря уже о том, что поступал я в институт пять лет подряд.
Но никто не отнёсся ко мне с таким спокойствием, с такой любовью и нежностью, никто не верил так в мои силы, как этот запомнившийся мне на всю жизнь профессор анатомии. Другие педагоги ставили
мне двойки, даже не задумываясь над этим. Точно так же не задумываясь они ставили единицы, а один педагог поставил мне ноль. Когда я спросил его, что это значит, он ответил: «Это значит, что вы –
НОЛЬ! Вы ни черта не знаете, а это равносильно тому, что вы сами ни черта не значите, вы не согласны со мной?» – «Послушайте, – сказал я тогда, – какое вы имеете право ставить мне ноль? Такой
отметки, насколько мне известно, не существует!» Он улыбнулся мне прямо в лицо и сказал: «Ради исключения, приятель, ради исключения, я делаю для вас исключение!» Он сказал таким тоном, как будто
это было приятное исключение. Этим случаем я хочу показать, насколько все педагоги не скупились ставить мне низкие оценки.
Но этот! Нет, это был исключительный педагог!
Когда я пришёл к нему сдавать анатомию, он сразу, даже не дождавшись от меня ни слова, сказал, мягко обняв меня за плечо:
Я был восхищён его проницательностью, а он, по всему видно, был восхищён моим откровенным видом ничего не знающего ученика.
– Приходите в другой раз, – сказал он.
Но он не поставил мне никакой двойки, никакой единицы, ничего такого он мне не поставил! Когда я спросил его, как он догадался, что я ничего не знаю, он в ответ стал смеяться, и я тоже, глядя на
него, стал хохотать. И вот так мы покатывались со смеху, пока он, всё ещё продолжая смеяться, не махнул рукой в изнеможении:
Я ушёл от него в самом прекрасном настроении.
Во второй раз я, точно так же ничего не зная, явился к нему.
– Сколько у человека зубов? – спросил он.
Вопрос ошарашил меня: я никогда не задумывался над этим, никогда в жизни не приходила мне в голову мысль пересчитать свои зубы.
– Сто! – сказал я наугад.
– Чего? – спросил он.
– Сто зубов! – сказал я, чувствуя, что цифра неточная.
Он улыбался. Это была дружеская улыбка. Я тоже в ответ улыбнулся так же дружески и сказал:
– А сколько, по-вашему, меньше или больше?
Он уже вздрагивал от смеха, но сдерживался. Он встал, подошёл ко мне, обнял меня, как отец, который встретил своего сына после долгой разлуки.
– Почему? – спросил я.
– Никто, никто, – сказал он, – никогда не говорил мне такой откровенной чепухи и нелепости за прожитую жизнь. Никто не был так безгранично невежествен и несведущ в моём предмете. Это
восхитительно! – Он потряс мне руку и, с восхищением глядя мне в глаза, сказал:
– Идите! Приходите! Я жду вас всегда с интересом!
– Спросите ещё что-нибудь, – сказал я обиженно.
– Ещё спросить? – удивился он.
– Только кроме зубов.
– А как же зубы?
– Никак, – сказал я. Мне неприятен был этот вопрос.
– В таком случае посчитайте их, – сказал он, приготавливаясь смеяться.
– Сейчас посчитать?
– Пожалуйста, – сказал он, – я вам не буду мешать.
– Спросите что-нибудь другое, – сказал я.
– Ну хорошо, – сказал он, – хорошо. Сколько в черепе костей?
– В черепе? – переспросил я. Всё-таки я ещё надеялся проскочить.
Он кивнул головой. Как мне показалось, он опять приготовился смеяться.
Я сразу сказал:
– Лоб и нижняя челюсть.
Я подождал, когда он кончит хохотать, и сказал:
– Верхняя челюсть тоже имеется.
– Неужели? – сказал он.
– Так в чём же дело?! – сказал я.
– Дело в том, что там есть ещё кости кроме этих.
– Ну, остальные не так значительны, как эти,– сказал я.
– Ах, вот как! – сказал он весело.– По-вашему, значит, самая значительная – нижняя челюсть?
– Ну, предположим,– сказал он весело, потирая руки, – ну, а другие кости?
– Другие я забыл, – сказал я.
– И вспомнить не можете?
– Я болен, – сказал я.
– Что же вы сразу не сказали, дорогой мой!
А он этак весело-весело говорит:
– Вы костей не знаете.
– Ну и пусть! – говорю. Не любил я этот предмет!
– Мой милый, – сказал он, – моё восхищение вами перешло всякие границы. Я в восторге! До свидания! Жду вас!
Он с чувством пожал мне руку. Но он не поставил мне никакой двойки, никакой единицы!
– До свидания! – сказал я.
Я помахал ему на прощание рукой, а уже возле дверей поднял кверху обе руки в крепком пожатии и помахал. Он был всё-таки очень симпатичный человек, что там ни говорите. Конечно, если бы он мне
тройку поставил, он бы ещё больше симпатичный был. Но всё равно он мне нравился. Я даже подумал: уж не выучить ли мне в конце концов эту анатомию, а потом решил пока этого не делать. Я всё-таки
ещё надеялся проскочить!
Когда я к нему в третий раз явился, он меня как старого друга встретил, за руку поздоровался, по плечу похлопал и спросил, из чего глаз состоит.
Я ему ответил, что глаз состоит из зрачка, а он сказал, что это ещё не всё.
– Из ресниц! – сказал я.
– И всё?
Я стал думать. Раз он так спрашивает, значит, не всё. Но что? Что там ещё есть в глазу? Если бы я хоть разок прочёл про глаз! Я понимал, конечно, что бесполезно что-нибудь рассказывать, раз не
знаешь. Но я шёл напролом. Я хотел проскочить. И сказал:
– Глаз состоит из многих деталей.
– Да ну вас! – сказал он. – Ведь вы же талантливый человек!
Я думал – он разозлится. Думал – вот сейчас-то он мне и поставит двойку. Но он улыбался! И весь он был какой-то сияющий, лучистый, радостный. И я улыбнулся в ответ – такой симпатичный
старик!
– Это вы серьёзно, – спросил я, – считаете меня талантливым?
– Может быть, вы мне тогда поставите тройку? – сказал я. – Раз я талантлив?
– Поставить вам тройку? – сказал он. – Такому способному человеку? Да вы с ума сошли? Да вы смеётесь! Пять с плюсом вам надо! Пять с плюсом!
– Не нужно мне пять, – сказал я. – Мне не нужно! – Какая-то надежда вдруг шевельнулась, что всё-таки он может мне эту тройку поставить.
– Вам нужно пять, – сказал он. – Только пять.
– По-вашему, выходит, вы лучше знаете, что мне нужно?
– Но вы не отчаивайтесь! Главное – не отчаивайтесь! Веселей глядите вперёд, и главное – не отчаивайтесь!
– Буду отчаиваться! – крикнул я.
– Не смейте отчаиваться, – сказал он весело, глядя мне в глаза, пожимая мне дружески руку. – Вам нужно приходить! Ещё! Всё время приходить!
– Я неспособный! – крикнул я. Он смотрел на меня и улыбался.
– Жду вас! – сказал он. – Всегда! С интересом!
И он поднял обе руки в крепком пожатии высоко над головой, как это делал я совсем недавно.
9 класс. Поэтическое произведениеО. Чухонцев
Что ми шумить что ми звенить давеча рано пред зорями.
«Слово о полку Игореве»
Зычный гудок, ветер в лицо, грохот колёс нарастающий.
Вот и погас красный фонарь – юность, курящий вагон.
Вот и опять вздох тишины веет над ранью светающей,
и на пути с чёрных ветвей сыплется гомон ворон.
Родина! Свет тусклых полей, омут речной да излучина,
ржавчина крыш, дрожь проводов, рокот быков под мостом, –
кажется, всё, что улеглось, талой водой взбаламучено,
всплыло со дна и понеслось, чтоб отстояться потом.
Это весна всё подняла, всё потопила и вздыбила –
бестолочь дней, мелочь надежд – и показала тщету.
Что ж я стою, оторопев? Или нет лучшего выбора,
чем этот край, где от лугов илом несёт за версту?
Гром ли гремит? Гроб ли несут? Грай ли висит над просторами?
Что ворожит над головой неугомонный галдёж?
Что мне шумит, что мне звенит издали рано пред зорями?
За семь веков не оглядеть! Как же за жизнь разберёшь?
Но и в тщете благодарю, жизнь, за надежду угрюмую,
за неуспех и за пример зла не держать за душой.
Поезд ли жду или гляжу с насыпи – я уже думаю,
что и меня кто-нибудь ждёт, где-то и я не чужой.
10 класс. Прозаическое произведениеЕ. Замятин
Десятиминутная драмаТрамвай No 4, с двумя жёлтыми глазами, нёсся сквозь холод, ветер, тьму вдоль замёрзшей Невы. Внутри вагона было светло. Две розовые комсомолки спорили о Троцком. Дама
контрабандой везла в корзинке щенка. Кондуктор тихо беседовал с бывшим старичком о Боге. Кроме автора, никто из присутствующих не подозревал, что сейчас они станут действующими лицами в моём
рассказе, с волнением ожидающими развязки десятиминутной трамвайной драмы.
Действие открылось возгласом кондуктора:
– Благовещенская площадь, – по-новому площадь Труда!
Этот возглас был прологом к драме, в нём уже были налицо необходимые данные для трагического конфликта: с одной стороны – труд, с другой стороны – нетрудовой элемент в виде архангела Гавриила,
явившегося деве Марии.
Кондуктор открыл дверь, и в вагон вошёл очаровательный молодой человек с нумером московских «Известий» в руках. Молодой человек сел напротив меня, старательно подтянул на коленях нежнейшие
гриперлевые1 брюки и поправил на носу очки.
Очки, разумеется, были круглые, американские, с двумя оглоблями, заложенными за уши. В этой упряжи одни, как известно, становятся похожими на доктора Фауста, другие – на беговых жеребцов. Молодой
человек принадлежал к последней категории. Он нетерпеливо бил в пол лакированным копытом ботинка; ему надо вовремя, точно попасть на Васильевский остров к полудеве Марии, а кондуктор всё ещё
задерживал на остановке вагон и не давал звонка. Впрочем, кондуктора нельзя винить: не мог же он отправить вагон, пока там не появится второй элемент, необходимый для драматического
конфликта.
Он нагнулся – погладить щенка, но невидимое землетрясение подкосило его, и он плюхнулся на скамью рядом со мной, как раз напротив лакированного молодого человека.
Он продемонстрировал трамвайной аудитории свои ладони и тем избавил меня от необходимости объяснить его социальное происхождение: оно и так очевидно. И, очевидно, не случайно, волею судьбы и
моей, они были посажены друг против друга: мой сосед в валенках и лакированный человек.
Очки у молодого человека блестели. И блестели зубы у моего соседа – белые, красивые – от ржаного хлеба, от мороза, от широкой улыбки. Покачиваясь, он путешествовал улыбкой по лицам, он проплыл
мимо розовых комсомолок, кондуктора, дамы со щенком – и остановился, привлечённый блеском американских очков. Молодой человек почувствовал на себе взгляд, он беспокойно зашевелился в оглоблях
очков. Белые зубы моего соседа улыбались всё шире, шире – и наконец в полном восторге, он воскликнул:
Комсомолки фыркнули. Молодой человек покраснел, рванулся в своей упряжи, но сейчас же вспомнил, что ему, архангелу с Благовещенской площади, не подобает связываться с каким-то пьяным мастеровым.
Он затаил дыхание и нагнул оглобли своих очков над газетой.
Мастеровой, не отрываясь, глядел в его очки. Вселенная, покачиваясь, плыла перед ним. Земля в нём совершила полный оборот в течение секунды, солнце заходило – и вот оно уже зашло, белые зубы
потемнели. На лице была ночь.
Газета на коленях у прекрасного молодого человека трепетала. Он понял, что его василеостровское счастье погибло: в синяках, окровавленному – нельзя же ему будет предстать перед своей Марией.
Двадцать пар глаз, ни на секунду не отрываясь, следили за развитием приближающейся к развязке драмы.
Здесь, по законам драматургии, нужна была пауза – чтобы нервы у зрителей натянулись, как струна. Эту паузу заполнил кондуктор: он торопился к месту действия, чтобы выполнить свой долг христианина
и главы пассажиров. Он схватил мастерового за рукав:
– Гражданин, гражданин! Полегче! Тут не полагается!
Кондуктор поспешно отступил к дверям и замер. Трамвай остановился.
– Большой Проспект? Мне тут слезать надо. Ну, не-ет, я ещё не слезу! Я останусь!
Мастеровой нагнулся к американским очкам. Было ясно, что он не уйдёт, пока драма не разрешится какой-нибудь катастрофой.
Слышно было взволнованное, частое дыхание комсомолок. Дама, обняв корзину с щенком, прижалась в угол. «Известия» трепетали на гриперлевых брюках.
– Ну-ка! Ты! Подними-ка личико! – сказал мастеровой. Прекрасный молодой человек растерянно, покорно поднял запряжённое в очки лицо, глаза его под стёклами замигали. Трамвай всё ещё стоял. У
окаменевшего кондуктора не было силы протянуть руку к звонку. Мастеровой шаркнул огромными валенками и поднял руку над «членом капитала».
Кондуктор, затаив дыхание и предчувствуя развязку, протянул руку к звонку.
– Стой! Не смей! – крикнул мастеровой. – Дай кончить! Кондуктор снова окаменел. Мастеровой покачался секунду, как будто прицеливаясь, – и закончил фразу:
Он облапил растерянного молодого человека, чмокнул его в губы – и вышел.
10 класс. Поэтическое произведениеН. Рубцов
Я буду скакать по холмам задремавшей отчизны,
Неведомый сын удивительных вольных племён!
Как прежде скакали на голос удачи капризный,
И сам председатель плясал, выбиваясь из сил,
И требовал выпить за доблесть в труде и за честность,
И лучшую жницу, как знамя, в руках проносил!
И быстро, как ласточка, мчался я в майском костюме,
На звуки гармошки, на пенье и смех на лужке,
А мимо неслись в торопливом немолкнущем шуме
Во мгле над обрывом безвестные ивы мои!
Пустынно мерцает померкшая звёздная люстра,
И лодка моя на речной догнивает мели.
И храм старины, удивительный, белоколонный,
Пропал, как виденье, меж этих померкших полей, –
Не жаль мне, не жаль мне растоптанной царской короны,
Но жаль мне, но жаль мне разрушенных белых церквей!
О, сельские виды! О, дивное счастье родиться
В лугах, словно ангел, под куполом синих небес!
Боюсь я, боюсь я, как вольная сильная птица,
Разбить свои крылья и больше не видеть чудес!
Боюсь, что над нами не будет таинственной силы,
Что, выплыв на лодке, повсюду достану шестом,
Отчизна и воля – останься, моё божество!
Останьтесь, останьтесь, небесные синие своды!
Останься, как сказка, веселье воскресных ночей!
Пусть солнце на пашнях венчает обильные всходы
Старинной короной своих восходящих лучей!..
Я буду скакать, не нарушив ночное дыханье
И тайные сны неподвижных больших деревень.
Никто меж полей не услышит глухое скаканье,
Никто не окликнет мелькнувшую лёгкую тень.
И только, страдая, израненный бывший десантник
Расскажет в бреду удивлённой старухе своей,
Что ночью промчался какой-то таинственный всадник,
11 класс. Прозаическое произведениеВ. Набоков
Тяжёлый дымКогда зажглись, чуть ли не одним махом до самого Байришер Плац, висящие над улицей фонари, всё в неосвещённой комнате слегка сдвинулось со своих линий под
влиянием уличных лучей, снявших первым делом копию с узора кисейной занавески. Уже часа три, за вычетом краткого промежутка ужина (краткого и совершенно безмолвного, благо отец и сестра были
опять в ссоре и читали за столом), он так лежал на кушетке, длинный, плоский юноша в пенсне, поблёскивающем среди полумрака. Одурманенный хорошо знакомым ему томительным, протяжным чувством, он
лежал, и смотрел, и прищуривался, и любая продольная черта, перекладина, тень перекладины, обращались в морской горизонт или в кайму далёкого берега. Как только глаз научился механизму этих
метаморфоз, они стали происходить сами по себе, как продолжают за спиной чудотворца зря оживать камушки, и теперь, то в одном, то в другом месте комнатного космоса, складывалась вдруг и
углублялась мнимая перспектива, графический мираж, обольстительный своей прозрачностью и пустынностью: полоса воды, скажем, и чёрный мыс с маленьким силуэтом араукарии.
Из глубины соседней гостиной, отделённой от его комнаты раздвижными дверьми (сквозь слепое, зыбкое стекло которых горел рассыпанный по зыби жёлтый блеск тамошней лампы, а пониже сквозил, как в
глубокой воде, расплывчато-тёмный прислон стула, ставимого так ввиду поползновения дверей медленно, с содроганиями, разъезжаться), слышался по временам невнятный, малословный разговор. Там
(должно быть, на дальней оттоманке) сидела сестра со своим знакомым, и, судя по таинственным паузам, разрешавшимся, наконец, покашливанием или нежно-вопросительным смешком, они целовались. Были
ещё звуки с улицы: завивался вверх, как лёгкий столб, шум автомобиля, венчаясь гудком на перекрёстке, или, наоборот, начиналось с гудка и проносилось с дребезжанием, в котором принимала посильное
участие дрожь дверей.
Он спохватился, лёжа мумией в темноте, что получается неловко: сестра, может быть, думает, что его нет дома. Но двинуться было неимоверно трудно. Трудно, – ибо сейчас форма его существа
совершенно лишилась отличительных примет и устойчивых границ; его рукой мог быть, например, переулок по ту сторону дома, а позвоночником – хребтообразная туча через всё небо с холодком звёзд на
востоке. Ни полосатая темнота в комнате, ни освещённое золотою зыбью ночное море, в которое преобразилось стекло дверей, не давали ему верного способа отмерить и отмежевать самого себя, и он
только тогда отыскал этот способ, когда проворным чувствилищем вдруг повернувшегося во рту языка (бросившегося как бы спросонья проверить, всё ли благополучно) нащупал инородную мягкость
застрявшего в зубах говяжьего волоконца и заодно подумал, сколько уже раз в продолжение двадцатилетней жизни менялась эта невидимая, но осязаемая обстановка зубов, к которой язык привыкал, пока
не выпадала пломба, оставляя за собой пропасть, которая со временем заполнялась вновь.
Вдруг, сквозь зыбкое стекло дверей, появилась, приложенная извне, русалочья рука; затем половины судорожно раздвинулись, и просунулась кудлатая голова сестры.
– Гришенька, – сказала она, – пожалуйста, будь ангел, достань папирос у папы.
Он ничего не ответил, и она совсем сузила яркие щели мохнатых глаз (очень плохо видела без своих роговых очков), стараясь рассмотреть, не спит ли он.
– Достань, Гришенька, – повторила она ещё просительнее, – ну, сделай это. Я не хочу к нему ходить после вчерашнего.
– Я может быть тоже не хочу, – сказал он. – Скоренько, – нежно произнесла сестра. – А, Гришенька?
– Хорошо, отстань, – сказал он наконец, и, бережно воссоединив дверные половины, она растворилась в стекле.
Он опять подвинулся к освещённому столу, с надеждой вспомнив, что куда-то засунул забытую однажды приятелем коробочку папирос. Теперь уже не видно было блестящей булавки, а клеёнчатая тетрадь
лежала иначе, полураскрывшись (как человек меняет положение во сне). Кажется – между книгами. Полки тянулись сразу над столом, свет лампы добирался до корешков. Тут был и случайный хлам (больше
всего), и учебники по политической экономии (я хотел совсем другое, но отец настоял на своём); были и любимые, в разное время потрафившие душе, книги, «Шатёр» и «Сестра моя жизнь», «Вечер у Клэр»
и «Bal du comte d’Orgel»**), «Защита Лужина» и «Двенадцать стульев», Гофман и Гёльдерлин, Боратынский и старый русский Бэдекер. Он почувствовал, уже не первый, – нежный, таинственный толчок в
душе и замер, прислушиваясь – не повторится ли? Душа была напряжена до крайности, мысли затмевались, и, придя в себя, он не сразу вспомнил, почему стоит у стола и трогает книги. Бело-синяя
картонная коробочка, засунутая между Зомбартом и Достоевским, оказалась пустой. По-видимому, не отвертеться. Была, впрочем, ещё одна возможность.
Но тут, то есть в каком-то неопределённом месте сомнамбулического его маршрута, он снова попал в полосу тумана, и на этот раз возобновившиеся толчки в душе были так властны, а главное, настолько
живее всех внешних восприятий, что он не тотчас и не вполне признал собою, своим пределом и обликом, сутуловатого юношу с бледной небритой щекой и красным ухом, бесшумно проплывшего в зеркале.
Догнав себя, он вошёл в столовую.
Там, у стола, накрытого давно опочившей прислугой к вечернему чаю, сидел отец и, одним пальцем шурша в чёрной с проседью бороде, а в пальцах другой руки держа на отлёте за упругие зажимчики
пенснэ, изучал большой, рвущийся на сгибах, план Берлина. На днях произошёл страстный, русского порядка, спор у знакомых о том, как ближе пройти от такой-то до такой-то улицы, по которым,
впрочем, никто из споривших никогда не хаживал, и теперь, судя по удивлённо недовольному выражению на склонённом лице отца, с двумя розовыми восьмёрками по бокам носа, выяснилось, что он был
тогда неправ.
– Что тебе? – спросил он, вскинув глаза на сына (может быть, с тайной надеждой, что я сяду, сниму попону с чайника, налью себе, ему). – Папирос? – продолжал он тем же вопросительным тоном, уловив
направление взгляда сына, который было зашёл за его спину, чтобы достать коробку, стоявшую около его прибора, но отец уже передавал её слева направо, так что случилась заминка.
– Он ушёл? – задал он третий вопрос. – Нет, – сказал сын, забрав горсть шелковистых папирос.
Выходя из столовой, он ещё заметил, как отец всем корпусом повернулся на стуле к стенным часам с таким видом, будто они сказали что-то, а потом начал поворачиваться обратно, но тут дверь
закрылась, я не досмотрел. Я не досмотрел, мне не до этого, но и это, и давешние морские дали, и маленькое горящее лицо сестры, и невнятный гул круглой, прозрачной ночи, всё, по-видимому,
помогало образоваться тому, что сейчас наконец определилось. Страшно ясно, словно душа озарилась бесшумным взрывом, мелькнуло будущее воспоминание, мелькнула мысль, что точно так же, как теперь
иногда вспоминается манера покойной матери при слишком громких за столом ссорах делать плачущее лицо и хвататься за висок, вспоминать придётся когда-нибудь, с беспощадной, непоправимой остротой,
обиженные плечи отца, сидящего за рваной картой, мрачного, в тёплой домашней куртке, обсыпанной пеплом и перхотью; и всё это животворно смешалось с сегодняшним впечатлением от синего дыма,
льнувшего к жёлтым листьям на мокрой крыше.
Промеж дверей, невидимые, жадные пальцы отняли у него то, что он держал, и вот снова он лежал на кушетке, но уже не было прежнего томления. Громадная, живая, вытягивалась и загибалась
стихотворная строка; на повороте сладко и жарко зажигалась рифма, и тогда появлялась, как на стене, когда поднимаешься по лестнице со свечой, подвижная тень дальнейших строк.
Пьяные от итальянской музыки аллитераций, от желания жить, от нового соблазна старых слов – «хлад», «брег», «ветр», – ничтожные, бренные стихи, которые к сроку появления следующих неизбежно
зачахнут, как зачахли одни за другими все прежние, записанные в чёрную тетрадь; но всё равно: сейчас я верю восхитительным обещаниям ещё не застывшего, ещё вращающегося стиха, лицо мокро от слёз,
душа разрывается от счастья, и я знаю, что это счастье – лучшее, что есть на земле.
1934 или 1935
*Незнакомкой из Сены (франц.).
**»Бал графа д’Оржеля» (франц.).
11 класс. Поэтическое произведениеГ. Адамович
Пешком, по размытым дорогам, в стоградусные холода,
Без всяких коней и триумфов, без всяких там кликов, пешком,
Как будто «Коль славен» играют в каком-то приморском саду,
Как будто сквозь белые стены, в морозной предутренней мгле
Над нами трёхцветным позором полощется нищенский флаг,
И слишком здесь пахнет эфиром, и душно, и слишком тепло.
Приступая к работе, сначала придумайте и кратко письменно объясните, где и как мог бы быть использован этот текст (статья в журнал или энциклопедию, параграф
учебника, доклад на конференции, фрагмент лекции и др.). Старайтесь выбрать стиль текста в соответствии с задуманным жанром и условным адресатом. Помните, что ваша задача – включить предложенные
слова в некий общий «сюжет», через который были бы видны литературная эпоха, или литературное произведение в его связи с другими произведениями, или автор и его творчество в широком контексте,
или литературоведческая проблема в многообразии ее толкований.
Закончив работу, подчеркните в тексте использованные вами слова и словосочетания из приведённого списка.
Приступая к работе, сначала придумайте и кратко письменно объясните, где и как мог бы быть использован этот текст (статья в журнал или энциклопедию, параграф учебника, доклад на
конференции, фрагмент лекции и др.). Старайтесь выбрать стиль текста в соответствии с задуманным жанром и условным адресатом. Помните, что ваша задача – включить предложенные слова в некий общий
«сюжет», через который были бы видны литературная эпоха, или литературное произведение в его связи с другими произведениями, или автор и его творчество в широком контексте, или
литературоведческая проблема в многообразии ее толкований.
Полезные интернет-ресурсы
Проект
Arzamas. Пожалуй, главный научно-популярный литературоведческий
интернет-источник в настоящее время. Разнообразие материалов на нем, кажется,
не имеет границ. Листайте таблицы, решайте тесты, читайте интересные факты о,
казалось бы, хорошо знакомых произведениях и открывайте новое. Смотрите
видеокурсы, в записи которых принимают участие известные современные
литературоведы и талантливые преподаватели.
Школа
юного филолога. Раздел «Библиотека» на этом сайте предлагает подробный
список полезных для олимпиадника-филолога трудов, пособий, учебников и
сборников, а также памятки по анализу прозаического и поэтического текста.
Гильдия
cловесников. Здесь собрана большая подборка заданий филологических олимпиад
(раздел «Олимпиады»), а в «Литературоведческом словарике» можно найти статьи в
жанре «просто о сложном», понятно объясняющие литературоведческие и
культурологические реалии. Также на сайте размещают анонсы событий, которые
могут быть интересны молодым словесникам.
Сто лекций с Дмитрием Быковым. Проект, в котором известный писатель и литературовед Дмитрий Быков предлагает свои интерпретации знаковых произведений русской литературы XX века. Будьте внимательны ‐ это авторский взгляд, часто не совпадающий с традиционным восприятием писателей и поэтов. Но чему точно можно учиться у Быкова ‐ умению говорить о литературе небанально и живо.
Книги
Лотман Ю. М. Анализ поэтического текста. Монография
Лотмана дает представление о другом методе анализа текста ‐ структурном, который
позволяет рассматривать произведение в контексте, в системе вызываемых им ассоциаций.
Особого внимания заслуживает практическая часть с разборами стихотворений поэтов
разных эпох, от Батюшкова до Заболоцкого.
Эйхенбаум Б. М. Как сделана «Шинель» Гоголя. Классический
образец анализа прозаического текста малой формы. Помимо концептуального
подхода к гоголевской повести, статья дает представление о некоторых принципах
нарратологии, то есть теории повествования.
Шкловский В. Б. Искусство как прием. Программная
статья Шкловского, манифест формальной школы, по праву считается одним из
выдающихся текстов русского литературоведения.
Хализев В. Е. Теория литературы. Признанный
учебник в своем жанре, за неполные двадцать лет выдержавший уже шесть изданий.
Несмотря на вузовский уровень, может быть интересен широкому кругу учащихся.
Рассчитан на углубление и систематизацию знаний в области теории литературы.
Холшевников В. Е. Основы стиховедения. В этой
книге излагаются история и теория стиха, объясняются фундаментальные понятия,
связанные со стиховой речью. Подробно разбираются строфика, метрика, рифма.
Можно пользоваться как справочником.
Зализняк А. А. Из заметок о любительской лингвистике. Первая
величина отечественной лингвистики спокойно и методично объясняет, что хорошо,
а что плохо, очерчивая границы научного метода в лингвистике. Особенно можно
порекомендовать эту книгу тем, кто только начинает свой путь в лингвистике в
целом и в русистике в частности: это совершенно незаменимая прививка против
ненаучных суждений.
Плунгян В. А. Почему языки такие разные. Основные положения
лингвистической науки в максимально простом и доступном изложении для самого
широкого круга читателей. Поможет сориентироваться начинающим.
Пешковский А. М. Русский синтаксис в научном освещении. Книга
Пешковского полезна не столько даже для изучения собственно синтаксиса, сколько
как образец лингвистической мысли вообще.
Князев С. В., Пожарицкая С. К. Современный русский
литературный язык. Фонетика. Графика. Орфография. Орфоэпия. Отличное введение в
ту фонетику, которая есть на олимпиадах, но нет в школе. Не все разделы этой
книги одинаково понадобятся школьнику, поэтому сверяйте содержание книги с
содержанием заданий прошлых лет.
Аванта+. Языкознание. Русский язык. Энциклопедия для детей.
Т.10. Энциклопедия написана ведущими в своей области лингвистами. В каждой из
небольших статей очень кратко, емко и доступно формулируется сама суть
проблемы, что в конечном счете позволяет составить достаточно полное
представление о науке в целом.
Беликов В. И., Муравенко Е. В., Алексеев М. Е. Задачи
лингвистических олимпиад. 1965–1975. Cборник лингвистических задач, решение
которых помогает привить незаменимую на олимпиадах по русскому языку и
лингвистике логику мысли.
Лекант П. А., Касаткин Л. Л., Клобуков Е. В. Современный
русский литературный язык (академический учебник). Академический учебник
русского языка, ни больше ни меньше. Рекомендуется к прочтению.
Библиотека литературы Древней Руси. Собрание древнерусских
текстов, предназначенных для широкого круга читателей (и поэтому приводимых с
рядом упрощений), а переводы в нем приводятся чуть более вольные, чем того
требовали бы олимпиадные задания. Однако чрезвычайно полезно для того, чтобы
привыкнуть к древнерусскому языку (есть возможность параллельного чтения).
Национальный корпус русского языка. Корпус русского языка – инструмент
для ваших исследований (и все чаще предмет задач на самых разных олимпиадах).
Постнаука. Интересно и доступно, как энциклопедия «Аванта+», только видео.
