Олимпийский чемпион вячеслав веденин

Что с ним сделали

Советские лыжники празднуют победу

В 1972 году в Японии вышло несколько газет с несколько необычными заголовками: Советский лыжник сказал волшебное слово дахусим и выиграл Олимпиаду и Советский Союз бросил вызов всем. В первом случае японцы не очень понимали, что значит странное русское Да ху с им. На самом же деле все было очень просто: так советский лыжник Вячеслав Веденин отреагировал на замечание корреспондента, который заметил, что идет липкий снег и спросил, как вообще русский собирается бежать в такую погоду чтобы победить?

Веденин не только победил в этом соревновании, но и принес победу еще в одном.

Это были гонки с раздельным стартом. Веденину достался номер 54 из 64. То есть все его противники уже стартовали. Все было плохо. Сборная СССР сильно отставала, погода сильно ухудшилась. И даже тренеры сборной Владимир Кузин и Венедикт Каменский собрали рации и ушли греться в помещение. Но Веденин проявил хитрость и просто обманул своего главного соперника норвежца. Об этом мы писали в прошлой статье Как советский лыжник обманул норвежца и выиграл Олимпиаду в 1972 году.

Церемония открытия Зимней Олимпиады 1972 года

Впрочем, это была не единственная странная для японцев ситуация на этих Олимпийских играх. Церемония открытия Зимней Олимпиады 1972 года проходила в японском городе Саппоро. Знаменосцем Советской сборной и был лыжник Вячеслав Веденин. По протоколу церемонии знаменосец каждой сборной должен был склонить флаг своей страны перед японским императором Хирохито. Но советские олимпийцы очень хорошо помнили за кого Япония сражалась во Второй мировой войне.

Советские хоккеисты вмешались

Да и о том, кто разгромил фашизм и японский милитаризм они не забывали. Хорошо помнил об этом и Вячеслав Веденин:

Правда вышла наружу

Представитель советской делегации напомнил Веденину, что следует все сделать по протоколу церемонии. Церемонию открывал японский император. Тот самый, что возглавлял Японию в годы Второй мировой войны. Но тут в дело вмешались советские хоккеисты, которые посоветовали Веденину не склонять флаг своей страны перед этим императором. Наш лыжник так и поступил.
Он единственный из всех спортсменов гордо пронес знамя так и не склонив его. Буквально через пару часов японские газеты пестрили заголовками Советский Союз бросил вызов всем!. Интересно, что именно советские чиновники пригрозили Веденину наказанием. Международный Олимпийский Комитет никаких мер принимать не стал и даже сделал вид, что ничего не произошло.

Продолжение истории

Веденин несет советское знамя на Олимпиаде 1972 года

Великий успех Веденина на Олимпийских играх

На следующий день Веденин выиграл золото на дистанции 30 км и попал в заголовки газет со своей легендарной фразой Дахусим. Затем он принес победу нашей сборной, которая отставала от норвежцев на 1 минуту и 1 секунду. Когда все решили, что сборной СССР достанется второе место, Веденин назло всем вырвал победу у норвежца Йохса Харвикена. Спортсмена из богатой и благополучной семьи:

Победа на Олимпийских играх

Как я финишировал — почти не помню. Черту пересек, и все — темнота. Следующее воспоминание — как мне уже после финиша зубы пытаются разжать. Видимо, я их в остервенении так сжал, что говорить не мог. Когда же дар речи ко мне вернулся, первым делом спросил: „Ну как, мы выиграли?“ Потому что в конце этапа уже ничего не понимал (Из воспоминаний Веденина).

Спортивный подвиг

После двух побед все и думать забыли о происшествии с флагом. Ведь Веденин не только пронес знамя Советского Союза не склонив его перед японским императором, но и на деле доказал, что советские спортсмены имеют право на это.

Преодоление сложностей

Один из самых волевых спортсменов в российской истории, отыгравший минуту в лыжной эстафете на Олимпиаде в Саппоро в 72‑м, снова оказался в непростой ситуации и легко из нее вышел.

История победы

Февраль 1972 года, Саппоро, 11‑е зимние Олимпийские игры. Лыжная эстафета. Зрители одного из самых зрелищных и самых престижных видов на зимних Играх покидают свои места. Уходят даже тренеры, только норвежские болельщики никуда не торопятся. Их спортсмен на последнюю десятку уходит с минутным отрывом от представителя сборной СССР Вячеслава Веденина. Такое не отыграть! Это как второй тайм футбольного матча, а ты летишь 0:5.

Восторг от побед

2013 год, октябрь, Москва. Бережковская набережная и 22‑е Игры, которые уже вот-вот и наступят. Олимпийский чемпион Вячеслав Веденин занимает место на своей позиции, журналисты прицеливаются из диктофонов, фото- и видеокамер. Вдруг к именитому лыжнику подходят волонтеры и куда-то ведут. Навстречу приближающемуся огню. „Он должен будет пробежать два этапа“, – выхватываем мы из разговора. После 10 километров в Саппоро таким Вячеслава Петровича не напугаешь.

Спортивное достижение

Тогда, в 72‑м, он просил парт-неров по команде кричать его фамилию. Норвежский лыжник оглядывался, пугаясь атаки советского спортсмена, и сыпал секунды, как из рваного кармана, а Веденин бережно подбирал каждую с лыжни. Он еще на открытии Игр показал, что такое русский характер.

– Да, я с той Олимпиады больше гонки само открытие помню. Тогда на трибунах японский император сидел, и нужно было склонить флаг, когда идешь мимо него. А у сборной Союза флаг доверили мне нести. Ну и как можно было в то время знамя твоей страны склонить перед кем-то, я как нес прямо, так и прошел мимо их императора. Ничего!

Решимость и сила духа

Для интереса, с первым шагом лыжника включаю секундомер: за сколько справится со сверхнормой? Цифры замерли на 2.39. В 72 года Вячеслав Петрович в отличной форме, и речь не о фирменных костюмах.

– Вы знаете, если бы сердце могло говорить, оно бы за меня ответило. Чувствую волнение, напряжение небольшое, но тем спортсменам, которые выступали на уровне, это привычно.

– В Сочи поедете?

– Пока мне никто предложения не делал.

– А сюда как позвали?

– Позвонили в сентябре, спросили, хочу ли я, сказал – хочу. Спросили размер формы и уже потом прислали документы. Я до самого последнего момента не верил, пока не подписал бумаги.

– Если бы сегодня вас попросили отыграть отставание, как в Саппоро?

– Думаю, смог бы. Тем более я два отрезка бежал, на таком расстоянии можно было бы что-то сделать

– Два отрезка, не устали совсем?

– Нет, жарко только очень. Мне сказали, что холодно и надо одеваться теплее, я и оделся (под фирменным костюмом у Веденина проглядываются свитер и теплая рубашка). Лыжники в принципе любят тепло, не пренебрегают этим.

– Предложи вам выбрать любой отрезок в России для этапа эстафеты огня, какой бы выбрали?

– В Татарии есть места, где у меня много друзей. Наверное, там.

– Хотели бы на лыжах пройти свой этап?

– Да, вот это было бы очень интересно. Классикой с таким удовольствием бы прошелся.

К зиме хранителям огня лучше набрать форму, а то не догонят.

Двукратный олимпийский чемпион Владимир Петров

С 3 по 13 февраля 1972 г. — проходили XI зимние Олимпийские игры в Саппоро (Япония). Впервые Игры проводились в Азии. Выступая организаторами Игр, японцы мало рассчитывали на успех своих спортсменов: ведь за всю историю они сумели завоевать лишь одну серебряную медаль. Основная задача Игр сводилась к демонстрации социальных и экономических преобразований, произошедших в стране за послевоенные десятилетия. Поэтому в Саппоро и было аккредитовано около 4 тысяч журналистов. Участвовало 1006 спортсменов (в том числе 206 женщин) из 35 стран, соревновавшихся в 7 видах спорта.

Команда СССР, в состав которой входили 82 спортсмена, выступала во всех видах программы, кроме соревнований по бобслею, и завоевала 8 золотых, 5 серебряных и 3 бронзовых медали. Успешные выступления лыжников, биатлонистов, хоккеистов и фигуристов позволили команде СССР опередить всех соперников. Героем соревнований лыжников стал талантливый гонщик Вячеслав Веденин, сумевший завоевать две золотые и бронзовую медали. Однако не столько золотая медаль в гонке на 30 км прославила этого спортсмена, сколько выступление на последнем этапе эстафеты 4х10 км. Когда Веденин принимал старт, команда СССР проигрывала норвежской сборной около минуты. Устранить такой разрыв в соревнованиях с сильной командой, казалось, было невозможно. Тренеры ставили перед Ведениным единственную задачу — не упустить хотя бы серебряной медали. Однако на финише первым оказался Веденин, сумевший не только отыграть минуту у норвежцев, но принести победу своей команде с преимуществом более 9 секунд.

В лыжных гонках на 5 и 10 км у женщин уверенную победу одержала Галина Кулакова, сумевшая к этим двум золотым медалям добавить третью — победа в эстафете.

Победителем в соревнованиях конькобежцев стал А. Схенк (Нидерланды), завоевавший три золотые медали — на дистанциях 1500, 5000 и 10 000 м.

Сенсация на Олимпийских играх

Одной из сенсаций Игр явилось выступление японских прыгунов с 70-метрового трамплина: Ю. Касая, А. Коно и С. Аоти сумели завоевать все три медали.

Еще одна сенсация — достижения спортсменов ГДР, второй раз выступавших самостоятельной командой. На X зимних Олимпийских играх они сумели завоевать 5 медалей и с 35 очками заняли десятое место. Но в Саппоро медалей уже было 14 (соответственно 4, 3, 7). Три золотые медали выиграли саночники, первым среди двоеборцев стал У. Велинг. В командной борьбе спортсмены ГДР заняли второе место (83 очка). А общекомандной победы уверенно добились спортсмены СССР — 120 очков и 16 медалей. Третьими были спортсмены Норвегии — 79 очков и 12 медалей (2, 5, 5).

Теракт на Олимпийских играх в Мюнхене

Тера́кт на мю́нхенской Олимпиа́де (Мюнхенские убийства, Олимпийский теракт) — теракт, совершённый во время Олимпийских игр в Мюнхене в 1972 году членами террористической палестинской организации Чёрный сентябрь, жертвами которого стали 11 членов израильской олимпийской сборной и один западногерманский полицейский. 5 из 8 террористов были убиты в перестрелке с полицией в ходе провалившейся попытки освобождения заложников.

Основные детали

• Дата: 5—6 сентября 1972
• Оружие: автоматы Калашникова (АКМ), пистолеты ТТ, Вальтер МП, УЗИ, гранаты
• Погибшие: 17 человек: 11 членов сборной, 5 террористов, 1 полицейский
• Заложники: спортсмены сборной Израиля

Организация охраны Олимпийской деревни

Здание олимпийской деревни, где удерживали заложников, почти не изменилось. Окно квартиры № 1 под балконом слева.

Тело Моше Вайнберга без признаков жизни было найдено около дверей комплекса жилого блока № 31 в 5:00. Спустя полчаса офицеры мюнхенской полиции подняли тревогу.

У террористов остались девять заложников. Кроме Гутфройнда, они захватили тренера по стрельбе Кехата Шора, тренера по лёгкой атлетике Амицура Шапиро, тренера по фехтованию Андре Шпицера, судью по тяжёлой атлетике Яакова Шпрингера, борцов Элиэзера Халфина и Марка Славина, штангистов Давида Бергера и Зеэва Фридмана.

В 6:20 мировые СМИ сообщают о первом в современной истории теракте на Олимпиаде.

Один из членов израильской команды легкоатлет (спортивная ходьба) профессор Шауль Ладани (Shaul Ladany) проснулся в квартире № 2 от криков Гутфройнда, прыгнул с балкона и спасся бегством через задний двор. Четверо других постояльцев квартиры № 2 (стрелки Генри Генрикович и Зелиг Строч, фехтовальщики Дан Алон и Иегуда Вейсенштейн, глава делегации Шмуэль Лалкин и два медика команды) спрятались и затем спаслись бегством из уже осаждённого здания. Две женщины из израильской олимпийской команды — Эстер Шахаморов (спринт и бег с препятствиями) и пловчиха Шломит Нир — разместились в другой части олимпийской деревни и не попали в число заложников. Трое других членов израильской команды, два яхтсмена и их менеджер, находились в 700 км от Мюнхена в Киле, где проходили соревнования по парусному спорту в рамках Олимпиады.

В 11:00 место действия буквально осаждается журналистами. 4000 журналистов и 2000 телерепортёров вещают трансляции мероприятия. Канцлер ФРГ Вилли Брандт поручает МОК приостановить проведение Олимпиады.

Впоследствии террористы были опознаны как палестинские фидаины из лагерей беженцев в Ливане, Сирии и Иордании. Были опознаны Лютиф Афиф (Иса), он был командиром группы (трое его братьев были членами «Чёрного сентября», двое из них пребывали в израильских тюрьмах), Юсуф Назал (Тони), заместитель командира и младшие члены группы Афиф Ахмед Хамид (Паоло), Халид Явад (Салах), Ахмед Чика Таа (Абу Халла), Мохамед Сафади (Бадран), Аднан аль-Гаши (Денави) и его двоюродный брат Джамал аль-Гаши (Самир). Согласно автору Симону Риву Афиф, Назал и один из их сообщников работали на различных должностях в олимпийской деревне и потратили две недели на сбор разведданных о цели. Один из членов уругвайской олимпийской делегации, разместившийся вместе с израильтянами, заявил, что за 24 часа до нападения видел Назала в доме № 31 по Конолли-штрассе, но узнал в нём работника олимпийской деревни и ничего не стал предпринимать. Остальные члены террористической группы прибыли в Мюнхен самолётами и поездами за несколько дней до теракта. Все члены олимпийских команд Уругвая и Гонконга, размещённые в одном здании с израильтянами, в ходе кризиса с заложниками были выпущены невредимыми.

5 сентября премьер-министр Израиля Голда Меир обратилась к другим странам с призывом «спасти наших граждан и осудить невыразимые словами совершённые преступления».

Согласно словам журналиста Джона К. Кули, ситуация с заложниками представлялась особенно тяжёлой для западногерманских властей, поскольку заложники были евреями. Согласно Кули, немцы предлагали палестинцам неограниченные денежные суммы за освобождение атлетов и предлагали в заложники высокопоставленных лиц вместо израильтян, однако террористы отвергли оба предложения. Мэр олимпийского городка Вальтер Трёгер, президент западногерманского олимпийского комитета Вилли Дауме и баварский министр внутренних дел Бруно Мерк предлагали взять их в заложники взамен спортсменов, но террористы отказались.

Шеф полиции Мюнхена Манфред Шрайбер и министр внутренних дел Баварии Бруно Мерк вели прямые переговоры с террористами, повторяя предложение о выплате неограниченной суммы денег. Согласно Кули, ответ террористов был таков: «Деньги ничего для нас не значат, наши жизни ничего для нас не значат». Египетские советники при Лиге арабских государств Махди Гохари и Мохамед Хадиф, член МОК египтянин А. Д. Туни пытались помочь достижению соглашения с террористами, но безуспешно. Тем не менее переговорщикам удалось убедить террористов, что их требования были рассмотрены, и Иса пять раз продлевал свой «крайний срок».

В деревне атлеты вели обычный образ жизни, словно бы не обращая внимание на происходящее поблизости. Игры продолжались, пока растущее давление на Международный олимпийский комитет не вынудило его приостановить игры на 12 часов после убийства первого атлета. Американский бегун-марафонец Фрэнк Шортер, наблюдая за событиями со своего балкона, заявил: «Представьте себе этих бедолаг, каково им приходится. Каждые пять минут психопат с автоматом говорит: „Давайте прикончим их сейчас“, а другой отвечает: „Нет, давайте ещё немного подождём“. Как долго бы вы это выдержали?»

В олимпийскую деревню был отправлен небольшой полицейский отряд, состоящий из германских пограничников. Они были одеты в олимпийские куртки и носили с собой пистолеты-пулемёты. Специального оперативного плана освобождения заложников разработано не было. Полицейские находились на позициях, ожидая приказов. В это время команды журналистов снимали на камеры действия полиции и передавали свои репортажи в прямой эфир, что давало террористам возможность наблюдать за приготовлениями полиции по телевидению. Так, например, террористы увидели, как полицейские прячутся на крыше. Иса пригрозил убить двоих заложников, и полицейским пришлось оставить свои приготовления.

В ходе кризиса переговорщики требовали прямого общения с заложниками, чтобы убедиться в том, что израильтяне ещё живы. Тренер по фехтованию Андре Шпицер, бегло говорящий по-немецки, и тренер по стрельбе Кеат Шор — старший член израильской олимпийской делегации, провели краткие переговоры с германскими властями из окна второго этажа осаждённого здания, стоя под прицелом двоих террористов. Когда Шпицер попытался ответить на вопрос, его на виду у камер международных корреспондентов ударили прикладом АК-47 и оттолкнули от окна. Несколько минут спустя Ганс-Дитрих Геншер и Вальтер Трёгель, глава олимпийской деревни, были допущены на территорию террористов для общения с заложниками. Трёгель заявил, что его очень тронуло достоинство, с которым израильтяне держали себя, и они выглядели смирившимися со своей судьбой. Трегёль также отметил, что некоторые заложники, особенно Гутфройнд, показывали признаки физических страданий, которые им причиняли террористы, и что Давид Бергер ранен пулей в плечо. Во время допроса, проведённого кризисной командой, Геншер и Трёгель показали, что видели «четверых или пятерых» террористов в апартаментах. Эти цифры были приняты в качестве окончательных.

Во время беседы с заложниками Кеат Шор сказал Геншеру и Трёгелю, что израильтяне не будут возражать против перелёта в арабскую страну при наличии твёрдых гарантий безопасности со стороны немцев или страны, где они должны будут приземлиться. В 18:00 по мюнхенскому времени террористы озвучили новое требование о перелёте в Каир. Поняв, что физически и психологически крайне тяжело удерживать людей в здании ещё одни сутки, террористы потребовали самолёт до Каира, а также автобус и вертолёты, чтобы добраться с заложниками до аэропорта.

Неудачная операция по освобождению заложников

В последнюю минуту перед прибытием вертолётов в аэропорт Фюрстенфельдбрука немецкие полицейские, находящиеся в самолёте, решили покинуть его (возможно, из опасений взрыва самолёта, полного горючего) и оставить своё задание, не посоветовавшись с центральным командованием. Против более многочисленной и лучше вооружённой группы террористов осталось только пять снайперов.

Вертолёты приземлились в 22:30, из них вышли четверо пилотов и шесть террористов. В то время, как четверо террористов держали на мушке пилотов (нарушив своё предыдущее обещание не брать немцев в заложники), Иса и Тони отправились на осмотр самолёта и обнаружили, что он пуст. Поняв, что немцы устроили им ловушку, Иса и его товарищ бросились бежать обратно к вертолётам. Когда они пробегали мимо диспетчерской вышки, снайпер № 3 решил воспользоваться последним шансом уничтожить командира террористической группы и выстрелил в Ису, но ввиду плохого освещения промахнулся и вместо Исы попал в Тони, ранив его в бедро. Власти отдали снайперам приказ открыть огонь (это произошло около 23:00).

У полиции ФРГ не было броневиков наготове, и они вызвали бронетехнику только во время боя. Дороги к аэропорту были загружены, и бронетранспортёры прибыли на место только к полуночи. С их появлением террористы поняли, что существующая патовая ситуация изменилась и, видимо, запаниковали при мысли о провале операции. В шесть минут после полуночи 6-го сентября один из них (предположительно Иса) повернулся к заложникам в вертолёте, который находился с восточной стороны, и расстрелял их в упор из автомата Калашникова — Шпрингер, Халфин и Фридман погибли сразу. Бергер, дважды раненный в ногу, вероятно, пережил первоначальный расстрел, поскольку посмертное вскрытие установило, что он умер, задохнувшись дымом. Затем террорист сорвал чеку и забросил гранату в кабину; последующий взрыв разнёс вертолёт, заложники, находящиеся внутри, сгорели.

Первоначально (ещё до конца операции) сообщалось, что все заложники остались в живых и все террористы были убиты, однако позднее представитель Международного олимпийского комитета намекнул, что «первоначальные сообщения были чрезмерно оптимистичными». Американский спортивный тележурналист Джим Маккей, освещавший в том году события Олимпиады для канала АВС, следил за событиями. В 3:24 Маккей выступил с официальным сообщением:

Автор Симон Рив среди прочих писал, что бой с хорошо подготовленными боевиками «Чёрного Сентября» показал вопиющую неподготовленность некоторых германских властей. Они были не готовы иметь дело с таким поворотом событий. Этот дорого обошедшийся урок привёл к основанию через два месяца полицейского антитеррористического подразделения GSG 9.

Авторы доказывают, что германские власти допустили ряд ошибок. Во-первых, согласно ограничениям, накладываемым Конституцией послевоенной Западной Германии, армия не могла участвовать в операции по спасению заложников, так как германским вооружённым силам не разрешалось действовать в пределах Германии в мирное время. Вся полнота ответственности была в руках мюнхенской полиции и властей Баварии.

Кризисный комитет, который должен был принимать решения по поводу инцидента, состоял из Бруно Мерка (министра внутренних дел Баварии), Ганса-Дитриха Геншера (министра внутренних дел Западной Германии) и Манфреда Шрайбера (шефа полиции Мюнхена), другими словами — из двух политиков и одного тактика. За год до Олимпийских игр Шрайбер участвовал в разрешении другого кризиса с заложниками (в ходе провалившегося ограбления банка), тогда он приказал снайперу пристрелить одного из преступников, но тот был только ранен. В результате налётчики застрелили женщину, и Шрайбер был обвинён в непредумышленном убийстве. Последующее расследование установило, что Шрайбер делал всё правильно, но предыдущее решение повлияло на его действия в ходе последующего захвата заложников на Олимпийских играх.

Большинство полицейских и пограничников, опрошенных в ходе интервью при съёмке фильма «Один день в сентябре», не сказали правды, так как им угрожали потерей пенсии. Ошибки, допущенные немцами при проведении операции, были в итоге подробно описаны Гейнцем Гохенсайном, одним из участников операции; он рано ушёл в отставку и не рисковал потерей пенсии.

Канцлер ФРГ Вилли Брандт выполнил требование лидера Ливии Муаммара Каддафи и выдал ему трупы пяти убитых в Фюрстенфельдбруке террористов: Афифа, Назала, Чика Таа, Хамида и Явада. Каддафи лично возглавил 30-тысячную процессию на их похоронах как «героев палестинского народа» и «вручил пять миллионов долларов Ясиру Арафату». Правительство Израиля потребовало передать ему для суда оставшихся в живых террористов, но Брандт ответил, что их будут судить в ФРГ. Спустя некоторое время их выпустили на свободу в рамках обменной сделки. 8 сентября в ответ на теракт израильская авиация нанесла авиаудар по десяти базам организации освобождения Палестины, что привело к гибели свыше двухсот человек.

Трагедия Олимпиады побудила многие европейские правительства создать постоянные профессиональные контртеррористические части постоянной готовности или реорганизовать с этой целью уже существующие отряды. После мюнхенской Олимпиады в Германии было создано спецподразделение по борьбе с терроризмом (GSG-9), которое провело в 1977 году успешную операцию по освобождению пассажиров самолёта «Люфтганзы» в аэропорту Могадишо в Сомали. Влиятельные разработчики и производители оружия выпустили новые типы вооружений, более подходящие для борьбы с терроризмом.

Мемориал памяти жертв теракта в Бен-Шеменском лесу в Израиле

Большинство из 80 тысяч зрителей, присутствовавших на Олимпийском стадионе в ходе футбольного матча ФРГ — Венгрия, размахивали трещотками и флагами, но когда несколько зрителей развернули баннер с надписью «17 погибших уже забыты?», сотрудники охраны убрали баннер и вывели виновных за пределы стадиона. В ходе поминальной службы по просьбе Вилли Брандта был приспущен олимпийский флаг и флаги большинства стран-участниц Олимпиады. Десять арабских стран отказались приспустить флаги в знак памяти убитых израильтян, их флаги почти немедленно были подняты на вершины флагштоков.

6 сентября после поминальной службы оставшиеся члены олимпийской команды Израиля покинули Игры и уехали из Мюнхена. Ко всем еврейским спортсменам приставили охрану. Американский пловец Марк Спитц, выигравший рекордные 7 золотых медалей и уже закончивший выступления, покинул Мюнхен во время кризиса с заложниками (будучи известным евреем, он мог стать целью для похищения). 7 сентября игры покинула команда Египта, заявив, что опасается возмездия. Команды Филиппин и Алжира, некоторые члены голландской и норвежской команд также покинули Олимпиаду. Американский бегун-марафонец Кенни Мур, написавший об инциденте в американский еженедельный журнал Sports Illustrated, процитировал голландского стайера Йоса Херменса: «Вы участвуете в вечеринке, и кого-то убивают на вечеринке, вы уйдёте с вечеринки. Я собираюсь домой». Многие спортсмены, потрясённые трагедией, продолжили участие на Олимпиаде, хотя понимали, что их мечта о соревновании оказалась разбитой.

Четыре года спустя на летней Олимпиаде в Монреале, когда израильская команда вошла на стадион в ходе церемонии открытия, Джим Маккей отметил, что их национальный флаг снабжён траурной ленточкой.

Семьи некоторых жертв просили Международный олимпийский комитет установить постоянный мемориал погибших. Комитет ответил отказом, заявив (согласно Би-би-си), что особая ссылка на жертвы может «привести к отчуждению других участников от олимпийского сообщества». Алекс Гилади, чиновник Олимпийского комитета Израиля заявил Би-би-си: «Мы должны учитывать, как это может повлиять на членов других делегаций, враждебно настроенных к Израилю».

На мосту, соединяющем Олимпийский стадион в Мюнхене с бывшей олимпийской деревней, установлен памятник, на передней двери жилого комплекса на Конолли-штрассе, 31 установлена мемориальная доска. 15 октября 1999 года на одной из больших осветительных вышек олимпийского стадиона в Сиднее открыта мемориальная плита.

Бенни Моррис пишет, что при составлении списка целей была использована информация, полученная от ренегатов из Организации освобождения Палестины и дружески настроенных европейских разведывательных служб. После составления списка по Европе прокатилась волна убийств подозреваемых сотрудников Чёрного Сентября.

9 апреля 1973 года Израиль провёл в Бейруте операцию «Весна молодости» силами Моссада и ЦАХАЛа. Целями операции были Мохаммад Юсуф аль-Наджар (Абу Юсуф) глава разведки ФАТХа, который, согласно Морису, организовал «Чёрный Сентябрь»; Камаль Адван, возглавлявший так называемый западный сектор, контролировавший операции ООП в Израиле, и Камаль Насир, представитель ООП. Группа коммандос из Сайерет Маткаль, приплывшая на девяти лодках и небольшом числе патрульных лодок, высадилась на безлюдном ливанском пляже, затем, пересев на две машины, достигла пригорода Бейрута, где уничтожила Наджара, Адвана и Насира. Два других отряда взорвали штаб Народного фронта освобождения Палестины в Бейруте и завод по производству взрывчатки ФАТХа. Командиром отряда коммандос, осуществивших операцию, был будущий премьер-министр Израиля Эхуд Барак.

21 июля 1974 года в так называемой Лиллехаммерской операции команда агентов Моссада уничтожила в Лиллехаммере (Норвегия) марокканца Ахмеда Бучки, не имевшего отношения к теракту в Мюнхене, после ошибочного сообщения информатора, что под личиной Бучки скрывается Али Хасан Саламе — начальник личной охраны Арафата и оперативник «Чёрного Сентября». Пять агентов «Моссада» (двое из них — женщины) были схвачены норвежскими властями, остальным удалось ускользнуть. Схваченные агенты были осуждены за убийство и приговорены к тюремному заключению, но были освобождены и вернулись в Израиль в 1975 году. Позднее «Моссад» нашёл и уничтожил Саламе в Бейруте 22 января 1979 года посредством взрыва бомбы в автомобиле. При взрыве погибли четверо прохожих, 18 человек получили ранения. Согласно офицеру ЦРУ Дуэйну «Деви» Клэриджу, с 1975 по 1978 год главе ближневосточного отдела оперативного управления ЦРУ, в середине 1976 года в ходе хаоса гражданской войны в Ливане, Саламе с благословения Арафата явился в американское посольство в Бейруте и предложил помощь американцам. Американцы чувствовали, что ему можно доверять, но сотрудничество внезапно оборвалось после убийства Саламе. Американцы обвиняют в этом Израиль.

Симон Рив пишет, что израильская операция продолжалась более 20 лет. Он описывает убийство главы разведки ООП Атефа Бсейсо в 1992 году в Париже и заявляет, что Израиль, в общем, подтвердил, что пошёл на это в связи с событиям в Мюнхене. Рив также пишет, что, в то время как власти Израиля утверждали, что операция «Гнев божий» была направлена на возмездие за осиротевшие семьи убитых в Мюнхене спортсменов, «некоторые родственники хотели, чтобы таким же образом поквитались и с палестинцами». Рив пишет, что семьи отчаялись узнать правду о событиях в Мюнхене; по его мнению, немцы длительное время скрывают правду. После 20 лет борьбы с германским правительством семьи погибших, возглавляемые Энки Шпицер и Иланой Романо (вдовами тренера по фехтованию Андре Шпицера и тяжелоатлета Йосефа), нашли официальные документы, показывающие всю глубину этого прикрытия. После продолжительных судебных тяжб семьи жертв теракта в Мюнхене в 2004 году достигли финансового соглашения с германским правительством.

Двое из переживших перестрелку в аэропорту террористов (Мохаммед Сафади и Аднан аль-Гаши) были уничтожены Моссадом в ходе операции «Гнев божий». Предполагается, что на аль-Гаши вышли после того, как он вступил в контакт с двоюродным братом в одном из государств Персидского залива, а Сафади выследили, так как он оставался в контакте с семьёй в Ливане. Аарон Кляйн оспаривает этот отчёт в своей книге, утверждая, что аль-Гаши умер от сердечного приступа в 1970-х, а Сафади мог быть убит катаибами в Ливане в начале 1980-х или, согласно оперативнику ООП (другу Сафади), всё ещё быть в живых (на 2005 год).

Преобладает мнение, что Джамаль аль-Гаши остаётся единственным оставшимся в живых террористом, укрывающимся в северной Африке или в Сирии (по состоянию на 2012 год), всё ещё опасаясь возмездия со стороны Израиля. Он был одним из террористов, дающих интервью с 1972 года. В 1992 году он дал интервью палестинской газете, а в 1999 дал интервью для фильма One Day in September, в ходе интервью его лицо было скрыто.

Из тех, кто, по предположениям, спланировали теракт, только Абу Дауд, заявлявший, что захват заложников был его идеей, умер естественной смертью. Журнал Der Spiegel опубликовал секретные исторические документы, полученные от германской секретной службы, показывающие, что дортмундская полиция за семь недель до теракта была осведомлена о сотрудничестве Абу Дауда с неонацистом Вилли Полем. В январе 1977 года французская полиция задержала Абу Дауда в Париже, — он приехал из Бейрута под чужим именем. Благодаря протестам ООП, Ирана и Ливии, заявивших, что Абу Дауд ехал на похороны товарища по ООП и должен получить дипломатическую неприкосновенность, французское правительство отказало в просьбе Западной Германии о выдаче, сославшись на то, что она была неправильно оформлена. Абу Дауда посадили на самолёт, полетевший в Алжир, прежде, чем Западная Германия прислала новую просьбу. 27 июля 1981 года в кафе варшавского отеля «Виктория» (ныне «Солитель») в Абу Дауда угодило пять пуль с дистанции примерно в два метра, но Абу Дауд выжил после покушения и даже преследовал стрелка до входной двери, у которой упал без сил.

Абу Дауду разрешили посетить израильскую территорию в 1996 году, чтобы принять участие в совещании ООП в секторе Газа, которое проводилось с целью отменить статью, призывавшую к уничтожению Израиля в уставе. В автобиографии From Jerusalem to Munich, впервые опубликованной в 1999 году во Франции, и позднее в интервью журналу Sports Illustrated Абу Дауд писал, что операцию в Мюнхене профинансировал Махмуд Аббас, председатель ООП с 11 ноября 2004 года и председатель палестинской автономии с 15 января 2005 года. По словам Абу Дауда, Махмуд Аббас не знал, на что были потрачены деньги. Абу Дауд полагает, что если бы израильтяне знали, что Махмуд Аббас профинансировал теракт в Мюнхене, то соглашения в Осло 1993 года не были бы достигнуты.

Абу Дауд, проживавший с женой на пенсию, предоставленную палестинской автономией, заявил что «мюнхенская операция получила одобрение у Арафата», хотя сам Арафат не принимал участия в подготовке и осуществлении операции. В автобиографии Дауд пишет, что Арафат напутствовал группу отправившихся на задание террористов словами «Храни вас Бог».

Энки Шпицер, вдова тренера по фехтованию Андре Шпицера отклонила несколько предложений о встрече с Абу Даудом, заявляя, что единственное место, где она хотела бы видеть Абу Дауда — это зал суда. В 2006 на интервью, проводимом журналом Der Spiegel по случаю выхода фильма «Мюнхен» режиссёра Стивена Спилберга, Абу Дауд заявил «Я ни о чём не сожалею. Даже не мечтайте, что я буду извиняться».

Абу Дауд скончался 3 июля 2010 года в Сирии в возрасте 73 лет от почечной недостаточности.

Члены олимпийской сборной Израиля 1972 года, сфотографированные перед приездом в Мюнхен. Подробнее смотрите в прилагаемой таблице

Прилагательная таблица членов олимпийской сборной Израиля на Летних Олимпийских играх 1972.

2 33 Моше Вайнберг тренер по борьбе убит в качестве примера

3 31 Йосеф Романо штангист убит при попытке сопротивления в начале

4 28 Давид Бергер штангист убиты при взрыве вертолёта гранатой

11 51 Яаков Шпрингер судья по тяжёлой атлетике

1 (врезка) 40 Йосеф Гутфройнд судья по классической борьбе застрелены в другом вертолёте

7 40 Амицур Шапира тренер по лёгкой атлетике

8 53 Кехат Шор тренер по стрельбе

10 27 Андре Шпицер тренер по фехтованию

Трое из пяти погибших спортсменов — Зеев Фридман (№ 5), Элиэзер Халфин (№ 6) и Марк Славин (№ 9) — были недавними репатриантами из СССР, переехавшими в Израиль в 1960, 1969 и 1972 гг. соответственно.

Погибшие в ходе теракта

Убитые в ходе первоначальной перестрелки

Расстрелянные и подорванные гранатой в восточном вертолёте (в порядке, в котором размещались в вертолёте, слева направо)

Расстрелянные в западном вертолёте (в порядке, в котором размещались в вертолёте, слева направо)

Убитые на взлётно-посадочной полосе

Палестинцы, убитые германской полицией

Фильмы и ТВ передачи

Полное имя Вячеслав Петрович Веденин

Дата рождения 1 октября 1941

Место рождения Слобода, Дубенский район, Тульская область, РСФСР, СССР

Дата смерти 22 октября 2021

Олимпийские игрыСеребро Гренобль 196850 кмЗолото Саппоро 197230 кмЗолото Саппоро 1972эстафета 4×10 кмБронза Саппоро 197250 кмЧемпионаты мираЗолото Високе-Татри 197030 км Золото Високе-Татри 1970эстафета 4×10 км Серебро Високе-Татри 197050 км Государственные награды Звания

Вячеслав Веденин на чемпионате мира в Высоких Татрах. 1970 год.

Выступал за «Динамо» (Москва).

Награды и звания

Золотой финиш Веденина в эстафете. 13 февраля 1972 г. Шёл последний день XI Олимпийских зимних игр в Саппоро. Подходила к концу лыжная мужская эстафета 4 × 10 км. Перед заключительным, четвёртым, этапом норвежские лыжники опережали команду СССР на 1 мин и 1,5 с. Отыграть такое время ещё никогда и никому не удавалось. Опустели трибуны, журналисты покинули ложу прессы, тренеры кричали стартовавшему, как всегда, на последнем этапе В. П. Веденину, чтобы тот шёл спокойно, т. к. серебро сборной СССР обеспечено. Никто не сомневался в исходе гонки. Вот это-то и разозлило спортсмена, привыкшего биться до конца.

Опытный спортсмен, прекрасно знающий тактику борьбы на лыжне, он не рванул со старта, понимая, что важно правильно распределить силы по дистанции. В белой пелене снега его почти не было видно, ведь Веденин всегда выступал в белом – от шапочки и комбинезона до гетр и ботинок. Он стиснул зубы и шёл, постепенно наращивая темп. Пройдя почти половину дистанции (4,5 км), спортсмен получил сообщение от тренера А. В. Привалова, что проигрывает 47 с. Большой разрыв! Но у Веденина появилась надежда, что вскоре покажется спина норвежского лыжника, а это могло «удесятерить» силы догоняющего. Начался подъём в гору, на котором он увидел следы лыж Й. Харвикена, а на вершине подъёма услышал неожиданные подбадривающие крики задержавшихся канадских болельщиков, которых захватил азарт погони русского гонщика. Они сообщили лыжнику, что разрыв сократился до 37 с.

Оставалось 2 км до финиша, когда Веденин увидел спину норвежца, а горстка оставшихся советских болельщиков кричала, чтобы слышал весь лес: «14 секунд, осталось всего 14 секунд!» Кажется, их услышал и Харвикен, находившийся на вершине очередного подъёма, который ещё надо было преодолеть Веденину. Норвежец обернулся и, увидев приближающегося соперника, засеменил вперёд. В этот момент он забыл о технике хода – он просто не мог поверить, что такое возможно. А Веденин неумолимо приближался и уже за 1 км и 200 м до финиша поравнялся с лидером. Норвежец не выдержал и уступил лыжню. Ещё полкилометра они шли рядом, но в конце Веденину удалось совершить финишное ускорение и Харвикен окончательно сдался. Когда Веденин пересёк финишную черту и упал на снег, он уже ничего не понимал и первым его вопросом к подбежавшим поздравлять товарищам был: «Ну как, мы выиграли?»

Под впечатлением от этого спортивного подвига Веденина поэт Р. И. Рождественский написал стихотворение «Репортаж о лыжной гонке» (Рождественский Р. И. Не просто спорт. Москва, 1976. С. 90), в котором есть такие слова:

Ты, пожалуйста, добеги.

Дотяни, достони, дохрипи, смоги!

Опубликовано 24 мая 2023 г. в 20:16 (GMT+3). Последнее обновление 24 мая 2023 г. в 20:16 (GMT+3).